Психолог Анастасия Левчук рассказала о признаках и последствиях домашнего насилия

Семья – наша главная опора и причал. Именно в кругу самых близких, родных людей мы чувствуем себя по-настоящему нужными и ценными. После долгого и утомительного рабочего дня спешим домой, зная, что там нас ждут, поддержат и помогут. К сожалению, так бывает далеко не всегда. Порой дом, который должен быть крепостью, становится ареной для агрессии, ненависти и обид. За закрытыми дверями, за фасадом мнимого благополучия и счастья могут скрываться совсем не радостные картины. И если человек становится жертвой домашнего насилия, справиться с этой бедой в одиночку практически невозможно. Это сложная и болезненная проблема, требующая помощи и поддержки специалиста. О том, какую помощь пострадавшим от домашнего насилия оказывают в Березовском территориальном центре социального обслуживания населения, узнали у психолога Анастасии Левчук.

– Анастасия Федоровна, как часто к Вам обращаются люди, пережившие домашнее насилие?

– Люди, пострадавшие от домашнего насилия, ежедневно обращаются за психологической помощью в наш центр. Чаще всего по телефону доверия. Этот способ обращения обеспечивает им анонимность, безопасность, доступность. Основные направления работы психолога с людьми, пережившими домашнее насилие, включают экстренную психологическую помощь – оказание незамедлительной психологической поддержки в момент обращения, снятие острого стресса и паники; содействие в размещении в «кризисной комнате»; консультирование и поддержку по телефону доверия – для тех, кто пока не готов к очному визиту или находится в опасности; психокоррекцию и реабилитацию; социальную адаптацию.

– С какими основными видами домашнего насилия Вы сталкиваетесь в своей практике?

– Со всеми: психологическим, физическим, экономическим, сексуальным. Все виды насилия тесно взаимосвязаны. Если агрессор практикует в семье физический вид насилия, безусловно, это причиняет и душевную травму, а не только физическую боль. Экономическое насилие строится зачастую на манипулировании и контроле. За сексуальным обычно стоят физические травмы и последствия. Сложно себе представить ситуацию, где агрессор применяет только один вид насилия, зачастую жертвы страдают от одновременного проявления различных его видов.

– Как Вы думаете, почему жертвы домашнего насилия часто обращаются за помощью именно в центр социального обслуживания? Какие преимущества видите в такой форме поддержки?

– Потому что здесь предлагают уникальное сочетание комплексности, доступности и безопасности помощи, что, конечно же, является преимуществом в такой форме поддержки. Люди могут получить сразу несколько видов помощи в одном месте. Также следует отметить бесплатность услуг, географическую близость.

– Когда человек впервые обращается к Вам с проблемой, что самое важное на этом этапе?

– Первая встреча с психологом носит диагностический и поддерживающий характер. Я представляюсь, объясняю свою роль и гарантирую конфиденциальность (за исключением случаев угрозы жизни или здоровью). На этом этапе установления контакта для меня самое важное – создать безопасную атмосферу. Затем пострадавшему предлагаю рассказать о том, что произошло, в своем темпе. Я могу задавать уточняющие вопросы, чтобы лучше понять обстоятельства насилия, его вид и частоту. Оцениваю нужды пострадавшего от домашнего насилия и его ресурсы, уточняю текущее эмоциональное состояние, наличие суицидальных мыслей, оказываю психологическую поддержку, создаю план безопасности. Затем информирую пострадавшего о его правах, о других существующих службах, в которые человек может обратиться за помощью.

– Какие основные психологические трудности испытывают жертвы домашнего насилия?

– Это постоянное чувство страха, повышенная тревожность, чувство беспомощности и безнадежности, депрессия, изоляция, сильное чувство стыда, вины и унижения, низкая самооценка и неуверенность в себе, нарушение доверия, искажение реальности.

– Как Вы помогаете пострадавшим восстановить чувство безопасности и доверия к себе и окружающим?

– Работая с жертвами домашнего насилия в своей практике, я применяю интегративный подход, использую методы гештальт-терапии для работы с эмоциями, личными границами, незавершенными ситуациями и внутренними конфликтами, связанными с травмой. Методы для переработки последствий психологических травм, приемы арт-терапии и психодрамы для выражения и проживания чувств, а также обучаю техникам заземления и релаксации, самопомощи.

– Важно ведь помочь понять жертве, что она не виновата в произошедшем. Верно?

– Я напрямую говорю своему собеседнику, что ответственность за домашнее насилие лежит исключительно на агрессоре. Таким образом, помогаю жертве отделить себя от действий насильника и осознать, что она не заслуживала такого обращения. Очень важно проработать самооценку клиента. Разрушаю мифы о вине: сама виновата, если бы я изменилась, я заслужила. Информирую жертву, что ситуация типична для цикла насилия, а не уникальна или вызвана ее личными недостатками.

– Какие существуют «красные флажки» – признаки, на которые стоит обратить внимание, чтобы понять, что человек находится в опасной ситуации домашнего насилия?

– Среди основных признаков выделяются физические проявления – необъяснимые травмы (частые синяки, порезы, ожоги, переломы, причины которых либо не названы, либо звучат неубедительно), следы побоев (видимые отметины на лице, теле, руках), постоянная усталость или стресс без видимых причин; поведенческие и эмоциональные признаки: страх перед партнером или членом семьи (боязнь разозлить или огорчить агрессора), изоляция (избегание общения с друзьями или коллегами, резкое сужение круга контактов), изменения в поведении (замкнутость, подавленность, резкие перепады настроения), низкая самооценка, постоянный контроль со стороны партнера, требующего знать местонахождение и действия жертвы; другие признаки: финансовый контроль (агрессор контролирует все деньги, лишает доступа к собственным или вынуждает просить средства на базовые нужды), угрозы (прямые или косвенные физической расправы, а также детям или домашним животным), невозможность самостоятельно принимать решения (куда-либо пойти без разрешения), отсутствие самоконтроля у агрессора (повышенная подозрительность, склонность к ревности и внезапные перепады настроения).

– Какие долгосрочные последствия домашнего насилия Вы наблюдаете у своих клиентов?

– Последствия домашнего насилия являются тяжелыми и включают основные психологические трудности: эмоциональные и поведенческие проблемы – постоянное чувство страха, повышенная тревожность, чувство беспомощности и безнадежности, депрессия, изоляция, сильное чувство стыда, вины и унижения, саморазрушительное поведение (употребление алкоголя), самоповреждение; психические расстройства (ночные кошмары, флешбэки, гипервозбудимость), различные формы тревожных расстройств, включая панические атаки; проблемы самовосприятия и межличностных отношений – низкая самооценка и неуверенность в себе, нарушение доверия, изменение восприятия реальности; соматические (телесные) проявления – хронические головные боли, нарушения сна, проблемы с пищевым поведением, хронические боли без очевидной физической причины.

– Как Вы помогаете жертвам выстроить новую жизнь после пережитого насилия? Какие шаги они предпринимают?

– После обеспечения физической и эмоциональной безопасности начинается активная фаза восстановления психического здоровья – работа с психологической травмой. Это индивидуальная терапия, направленная на разрушение чувства вины, восстановление самооценки и самоценности. Параллельно жертвы восстанавливают свою экономическую и социальную независимость: получают помощь в поиске работы, обучении новой профессии, получении доступа к своим финансам или социальным пособиям, поиске постоянного безопасного жилья, восстанавливают утраченные связи с друзьями и семьей, ищут новые круги общения и поддержки. Все эти шаги ориентированы на возвращение контроля над своей жизнью.

– Насколько важна поддержка со стороны общества и государства для жертв домашнего насилия?

– Поддержка государства и общества для жертв домашнего насилия – это фундамент, на котором строится безопасность и возможность новой жизни для пострадавших. Без системной помощи эффективная борьба с насилием и реабилитация практически невозможны. Считаю, что на уровне общества необходимо вести работу по изменению общественного сознания: проводить широкомасштабные информационные кампании, направленные на денормализацию насилия и информирование общества о том, что домашнее насилие – это преступление, а не «семейное дело».

– Есть ли какие-то истории успеха или примеры того, как люди смогли полностью восстановиться и начать новую, счастливую жизнь после пережитого?

– Процесс реабилитации после пережитого домашнего насилия является длительным и многоэтапным. На данный момент люди с которыми работаю несколько месяцев продолжают восстанавливаться, и соответствующая работа непрерывно ведется.

– Что для Вас лично является самым сложным в работе с жертвами домашнего насилия?

– Для меня как психолога, работающего с темой домашнего насилия, самая большая сложность – это столкновение с собственным бессилием перед лицом масштаба трагедии и системных проблем, которые часто оказываются сильнее моих индивидуальных усилий.

– Какой совет Вы бы дали человеку, который сейчас находится в ситуации домашнего насилия и боится обратиться за помощью?

– Я бы такому человеку сказала: «То, что с вами происходит, – это не ваша вина. Насилие неприемлемо ни для кого. Вы заслуживаете безопасности и уважения. Чем дольше вы остаетесь один на один с этой проблемой, тем выше риск для вашей жизни и жизни ваших детей. Сделать первый шаг страшно, но ваша жизнь важнее, чем страх обратиться в центр или боязнь огласки. Насилие будет повторяться и усиливаться. Используйте анонимные каналы помощи (горячие линии, телефоны доверия, онлайн-чаты), чтобы спланировать свой выход. Начните с одного звонка – и он может спасти вам жизнь».

Рита ЛЮТЫЧ

Фото из архива Березовского ТЦСОН